Сценарист и продюсер Андрей Золотарев начал беседу с утверждения, что он не видит какого-то особенного всплеска интереса к фантастике – в том числе потому, что это очень дорогой жанр, который к тому же очень сложно продать массовой аудитории. Вера продюсеров в жанр, по его словам, существует во многом «вопреки». При этом, негативная реакция в адрес экранизаций фантастики возникает очень быстро – это связано с крайне пассионарной аудиторией.

Режиссер Клим Козинский, рассуждая об особенностях российской фантастики, подчеркнул, что национальные черты связаны не с конкретным жанром, а с самим принципом узнаваемости и понимания контекста. Сложность фантастики при этом заключается в том, что там необходимо объяснять этот самый драматургический контекст.

Отвечая на вопрос о социальном измерении в фантастике, сценарист и продюсер Роман Кантор выдвинул предположение, что там оно существует на метафорическом уровне, но зачастую может теряться на фоне большого стиля, привычного для жанра. Также сценарист отметил, что многое из того, что являлось фантастикой совсем недавно, сейчас уже стало реальностью: «Мы достигли момента, когда надо думать, что будет со следующим поколением».

Режиссер Александр Домогаров-младший заявил, что не надо снимать один жанр и что фантастика должна обладать высказыванием и человеческим измерением. Что касается бюджетов, то они не обязаны непременно быть высокими. В качестве примера он вспомнил первый сезон «Игры престолов», в котором фактически не было никаких драконов, и первую часть трилогии НАЗАД В БУДУЩЕЕ Роберта Земекиса, выглядящую по нынешним меркам вполне скромной с точки зрения стоимости продакшна.

Писатель и журналист Шамиль Идиатуллин напомнил, что научная фантастика возникла в ответ на необходимость сгладить шок от научно-технического прогресса: именно так появился Жюль Верн, а затем Герберт Уэллс, привнесший в жанр социальный аспект. Братья Стругацкие, в свою очередь, включали уже психологическую узнаваемость. По мнению эксперта, проблема с фантастикой заключается в том, что она долгие годы считалась низким жанром. Тем не менее, слой тех, кто будет читать фантастику и не стесняться этого, продолжит постоянно расти.

Продюсер Нарек Мартиросян подчеркнул, что видит перспективы в фантастике в силу той склонности к эскапизму, которую аудитория демонстрирует последние годы.

Идиатуллин, в свою очередь, в заключительной части беседы добавил, что фантастика в частности и литература в целом меняется – в том числе в части гендерного баланса, который долгое время был сильно сдвинут в сторону мужчин: как авторов, так и персонажей.