Предмет контракта: оказание услуг зала для тренировочного процесса.

Контракт с неопределённым объёмом услуг (ч. 24 ст. 22, ч. 1 ст. 34, п. 6 ч. 1 ст. 42 Закона 44-ФЗ) — объём определяется заявками по фактической потребности заказчика.

Заказчик направлял заявки нерегулярно и незначительно (на момент претензии — 214 часов из 833 предусмотренных, контракт в итоге исполнен лишь на 864 000 руб. из максимума.

Максимальная цена контракта — это верхний предел расходов заказчика, а не гарантированный объём заказа; недобор объёма сам по себе не является нарушением обязательств, если контракт прямо не устанавливает минимальный/обязательный объём заявок; исполнителю по такому контракту не удастся переложить предпринимательский риск недополученной выручки на заказчика через институт убытков или злоупотребления правом без доказательства умысла последнего; для заказчиков это подтверждает правомерность практики частичной выборки лимита при отсутствии фактической потребности (со ссылкой на подп. «г» п. 13 Правил ведения реестра контрактов, постановление Правительства РФ 60 от 27.01.2022), при условии, что условия о порядке определения объёма по заявкам прописаны в контракте. не доказано, что действия Заказчика были направлены на создание у истца ложных ожиданий с целью вреда.

Суд первой инстанции сослался на Определение ВС РФ от 28.02.2022 301-ЭС21-29622 как на аналогичную правовую позицию по контрактам с неопределённым объёмом. Кассация дополнительно опёрлась на п. 3 ст. 401 ГК РФ о повышенном стандарте осмотрительности предпринимателя (Определение ВС РФ от 08.06.2016 308-ЭС14-1400) и на Постановление КС РФ от 24.02.2004 3-П о недопустимости судебного контроля экономической целесообразности бизнес-решений.