В качестве обоснования своей жесткой денежной политики Центробанк ссылается в том числе на официальные данные о низкой безработице. Но у нас есть возможности для увеличения производительности труда, для автоматизации, внедрения современных технологий, которые могли бы преодолеть это ограничение. Кроме того, есть общий рынок труда в Евразийском экономическом союзе.
На самом деле потенциал роста, который мы имеем на сегодняшний день, исходя из анализа всех факторов производства, составляет порядка 8% в год. Наша промышленность сегодня по производственным мощностям не догружена на одну треть. Предприятия могли бы увеличить выпуск продукции более чем на 30%, если бы им дали возможность прокредитовать оборотные средства и инвестиции в модернизацию.
То, что потенциал выпуска у нас в разы выше, чем тот, который видят в Центробанке, доказывает опыт последних трех лет. Обрабатывающая промышленность растет на 9% в год. Электронная промышленность, лазерная технология, вычислительная техника, информационно-коммуникационное оборудование, программное обеспечение - эти отрасли в последние три года растут двузначными темпами.
Причем некоторые предприятия даже увеличивают выпуск продукции на 80%. Это на уже имеющихся производственных площадях. Все это говорит о том, что потенциал выпуска в нашей стране огромный.
Если в рамках проводимой макроэкономической политики создать инструменты долгосрочного кредита, то потенциал российской экономики бы раскрылся. Мы имеем возможность развиваться с темпом не менее 8% в год в течение ближайших 5 лет. Но если Центральный банк у нас вместо того, чтобы давать кредиты экономике, их высасывает из экономики, то экономического роста быть не может. У нас единственный центральный банк в мире, который вместо того, чтобы давать деньги в экономику, забирает через депозиты, которые предлагаются коммерческим банкам, через выпуск облигаций. Не говоря же об утечке капитала, которая по-прежнему идет достаточно высокими темпами.
Академик РАН, государственный секретарь Союзного государства России и Беларуси, эксперт МЭФ Сергей Глазьев. Из интервью "Российской газете".
